Цейлонская кустарниковая лягушка Эксимия (Pseudophilautus eximius) известна науке не по многолетним наблюдениям, а по единственной взрослой самке из музейной коллекции. Её нашли в 1933 году в горной части Шри-Ланки, после чего вид больше не удалось надёжно обнаружить. Поэтому рассказ об этой лягушке неизбежно состоит из двух частей: немногочисленных установленных признаков и вопросов, на которые уже, вероятно, невозможно получить прямой ответ.
Краткая карточка
| Признак | Данные |
|---|---|
| Научное название | Pseudophilautus eximius |
| Статус | вымерший вид |
| Известный ареал | горная часть Центральной провинции Шри-Ланки |
| Известный экземпляр | взрослая самка длиной около 35 мм, собранная в 1933 году |
| Среда | влажный горный лес, точные требования неизвестны |
| Питание | прямо не изучено; вероятно, мелкие беспозвоночные, как у родственных видов |
Лягушка, известная по одному экземпляру
Типовой экземпляр, то есть особь, по которой описан вид, был собран на чайной плантации Куинвуд возле Димбулы примерно на высоте 1500 метров. Длина тела самки составляла около 35 миллиметров. Это не крошечная, но и не крупная лягушка: взрослая особь могла поместиться на ладони с большим запасом. Название eximius переводят как «исключительный» или «выдающийся», однако оно не означает необычных размеров.
Положение вида в классификации менялось вместе с представлениями зоологов о кустарниковых лягушках Шри-Ланки. Сегодня его относят к роду Pseudophilautus. Для этого рода характерно прямое развитие: из отложенного во влажной наземной среде яйца выходит уже маленькая лягушка, без свободноплавающей стадии головастика. У самого P. eximius размножение никто не наблюдал, поэтому переносить на него все особенности родичей можно лишь с оговоркой.
Как она выглядела
Сохранившийся экземпляр позволяет оценить пропорции тела лучше, чем окраску живого животного. У лягушки была сравнительно широкая голова, округлая морда, заметная барабанная перепонка и расширенные диски на концах пальцев. Такие диски помогают кустарниковым лягушкам удерживаться на листьях и тонких ветвях. На коже спины отмечались мелкие бугорки, а на конечностях был рисунок из более тёмных поперечных отметин.
Цвет старого музейного препарата нельзя буквально переносить на живую лягушку. После десятилетий хранения пигменты меняются, а фотографии живой P. eximius неизвестны. Реалистичная реконструкция поэтому показывает вероятную маскирующую буро-зелёную гамму, но точный прижизненный оттенок остаётся неизвестным.
Где она жила
Шри-Ланка необычайно богата эндемичными земноводными, особенно во влажных нагорьях юго-запада и центра острова. Крутые перепады высот, изолированные лесные массивы и устойчиво влажный микроклимат создали множество небольших ареалов. Животное, обычное на одном горном склоне, может отсутствовать уже за соседним хребтом.
Для P. eximius известна лишь типовая местность. Нельзя уверенно сказать, насколько далеко вид распространялся вокруг неё и жил ли он в нетронутом лесу, на лесной опушке или в растительности среди плантаций. Находка на территории чайного хозяйства не доказывает приспособленность к плантациям: экземпляр мог попасть туда из сохранившегося рядом лесного участка.
Вероятно, лягушка была ночной, пряталась днём во влажной растительности и ловила мелких насекомых и других беспозвоночных. Это правдоподобное сравнение с родственными видами, а не результат наблюдений именно за Эксимией. В случае столь плохо изученного животного особенно важно отделять вывод по родству от установленного факта.
Почему вид исчез
После 1933 года подтверждённых находок не было, а целевые поиски не вернули вид в научные списки живых животных. Главным долговременным изменением региона стала утрата и дробление горных лесов: их расчищали под чайные посадки, дороги и поселения. Для лягушки с маленьким ареалом исчезновение даже нескольких влажных участков может означать потерю всей пригодной среды.
Однако назвать единственную доказанную причину нельзя. Исследователи не застали сокращение популяции и не измеряли его. Болезни земноводных, климатические колебания и загрязнение могли усиливать давление, но применительно к P. eximius это гипотезы. Корректнее говорить о вероятной ведущей роли преобразования местообитаний и о недостатке данных для точного диагноза.
Почему музейный экземпляр так важен
Одна небольшая лягушка хранит почти всё, что человечество может проверить об этом виде. По ней можно вновь изучать анатомические признаки, сравнивать старое описание с современными методами и исправлять ошибки классификации. Но музейный материал не расскажет, каким был голос самца, сколько яиц откладывала самка, как выглядел живой рисунок кожи и какую роль вид играл в горном лесу.
История Эксимии хорошо показывает уязвимость островных эндемиков. Белорылая кустарниковая лягушка тоже известна по старым находкам со Шри-Ланки, а великолепный древолаз исчез уже в эпоху современных полевых исследований. Для сравнения, живущая в Индии пурпурная лягушка долго оставалась незаметной благодаря подземному образу жизни. Эти примеры напоминают: редкая встречаемость ещё не всегда означает исчезновение, но без сохранения местообитаний проверить это бывает поздно. Другие утраченные виды собраны в разделе «Вымершие виды».