Заливный воббегонг (Orectolobus halei) лежит на рифе так неподвижно, что его можно принять за узорчатый участок камня. Широкая голова распластана по дну, кожная бахрома смешивается с водорослями, а тёмные седловины дробят длинное тело на отдельные пятна. Маскировка нужна не робкому прятальщику, а крупному засадному хищнику.
В англоязычных справочниках вид называется Gulf wobbegong или banded carpet shark. Устойчивого русского названия немного, поэтому здесь используется «заливный воббегонг», связанное с местом первоначального описания у залива Сент-Винсент. Вариант «полосатый» может запутать его с более мелким украшенным воббегонгом, которого долго считали той же формой.
Чёрная окантовка отделяет седловины от фона
Взрослый заливный воббегонг вырастает примерно до двух метров и иногда больше. Тело широкое спереди и постепенно сужается к хвосту. Грудные плавники похожи на большие лопасти, два спинных плавника стоят далеко сзади.
По краям головы расположены разветвлённые кожные лопасти. Они не являются усами и не хватают добычу. Бахрома размывает чёткую линию рта и помогает оставаться незаметным среди сложного рельефа. Над глазами заметны два небольших бугорка, позади дыхалец бывает светлая отметина.
Главный рисунок состоит из широких тёмных седловин с отчётливым чёрным краем. Внутри лежат более светлые участки, но нет множества белых колец, характерных для пятнистого воббегонга. Цвет и контраст меняются с возрастом, поэтому определение подтверждают сразу несколькими признаками.
История двух видов началась с одного названия
Долгое время Orectolobus halei считали подвидом или взрослой формой украшенного воббегонга. Переописание анатомии показало устойчивые различия. Заливный вид крупнее, имеет больше лопастей в задней части бахромы, чёрную окантовку седловин и иные пропорции головы и плавников.
Ошибка понятна: молодые особи похожи, ареалы частично перекрываются, а окраска воббегонгов изменчива. Даже хорошая подводная фотография не всегда показывает счёт позвонков или внутреннее строение. Для наблюдателя полезнее зафиксировать весь бок, голову сверху, примерный размер и место встречи.
Разделение важно не только для названия. Данные о вылове, росте и размножении двух видов нельзя складывать в одну таблицу. Иначе более редкое сокращение растворяется в общей статистике «ковровых акул».
Дневная пещера сменяется ночной дорогой
Вид населяет прибрежные воды южной половины Австралии. Он встречается на рифах с водорослями, в лагунах, каналах и у островов, обычно на шельфе. Днём акула выбирает пещеру, нависающий карниз, желоб или крупную губку и может возвращаться в подходящее укрытие.
Неподвижность не означает сна без контроля. Дыхальца за глазами втягивают воду, пока рот лежит близко к грунту. Глаза следят за движением, а чувствительные органы улавливают колебания и слабые электрические сигналы живого животного.
После сумерек воббегонг покидает стоянку и проходит вдоль рифа. Он не нуждается в постоянном быстром плавании. Короткий маршрут между укрытиями и кормовыми точками соответствует его тяжёлому телу и стратегии внезапного броска.
Засада заканчивается широким движением челюстей
Заливный воббегонг ест донных рыб, головоногих, ракообразных и способен схватить небольшую акулу. Он подпускает добычу близко, резко поднимает переднюю часть головы и раскрывает рот. Возникший поток втягивает воду вместе с жертвой.
Зубы сравнительно тонкие и направлены назад. Они не режут крупные куски, а удерживают пойманное животное. Если добыча велика, акула может долго сохранять захват. Именно поэтому попытка освободить руку резким рывком после защитного укуса опасна.
Кожная бахрома не служит приманкой в буквальном смысле. Она прежде всего скрывает контур. Рыба, подплывшая к «камню», замечает хищника слишком поздно, и скорость долгой погони уже не имеет значения.
Большой помёт развивается внутри самки
Воббегонг не откладывает капсулы на дно. Эмбрионы развиваются внутри самки, используя запас желтка, а детёныши рождаются живыми. Беременность длится около десяти или одиннадцати месяцев. В одном помёте может быть несколько десятков молодых, что необычно много для крупной акулы.
Число детёнышей не означает быстрое восстановление. Половая зрелость наступает поздно, примерно к шестнадцати годам, а крупная самка размножается не бесконечно часто. Удаление взрослых животных лишает популяцию будущих помётов на долгий срок.
Молодые начинают жизнь на более мелком рифе и питаются добычей подходящего размера. Их рисунок особенно легко спутать с украшенным воббегонгом, поэтому данные о молоди требуют хороших фотографий и осторожного определения.
Тяжёлое тело умеет выбирать выгодный поток
Воббегонг не просто падает на первое ровное место. Он ложится так, чтобы вода проходила над жабрами, а запах потенциальной добычи приходил со стороны открытого пространства. В сильном потоке акула прячется глубже под карниз, в слабом может занять край площадки.
Положение головы показывает готовность к охоте. Полностью скрытая морда удобна для отдыха, но ограничивает бросок. Когда пасть обращена к рыбьей тропе, широкое тело остаётся замаскированным, а перед головой есть свободный объём воды.
Изменение течения после прилива способно перевернуть эту схему. Тогда акула переползает или переплывает на противоположную сторону желоба. Кажущееся постоянным дневное место на деле состоит из нескольких точек, каждая подходит при своём направлении воды.
Встреча под карнизом требует свободного выхода
В прошлом воббегонгов ловили ради мяса и прочной кожи, использовавшейся как декоративный материал. Сейчас они по-прежнему попадают в коммерческие и любительские снасти. Донная акула у знакомого рифа особенно уязвима для повторного вылова в одном месте.
Дайверу опасно считать неподвижность приглашением к касанию. Нельзя тянуть животное за хвост, ставить руку перед пастью или перекрывать выход из пещеры. Воббегонг способен развернуться быстрее, чем кажется, и защитный укус приходится на очень короткой дистанции.
Лучшее наблюдение получается сбоку, когда акула сама выбирает остаться или уйти. Тогда видны и чёрные края седловин, и разветвлённая бахрома, и настоящая причина успеха этого хищника: умение превратить большое тело в незаметную часть рифа.