С высоты стая почти сливается с кронами эвкалиптов. Только при повороте вспыхивают жёлтые лица самцов, а под ними на секунду появляется красная полоса. Роскошный баррабандов попугай Polytelis swainsonii не живёт по всей Австралии. Его мир сосредоточен в бассейне рек Муррей и Дарлинг, где лесные полосы пересекают поля и соединяют места кормёжки с дуплистыми деревьями.
Имя «роскошный» описывает наряд, но строение птицы скорее изящное. Длинное тело и хвост приспособлены к быстрому прямому перелёту, а сравнительно лёгкий клюв позволяет работать с мелкими семенами и цветками.
Самец словно носит два ярких воротника
Длина взрослой птицы около 40 сантиметров, масса 132–157 граммов. Самец ярко-зелёный. Лицо и горло у него чисто-жёлтые, ниже проходит широкая красная полоса, клюв оранжево-красный. Контраст заметен издалека, хотя зелёная спина скрывает птицу, когда она сидит выше наблюдателя.
Самка выглядит серовато-зелёной, её лицо не имеет такого сильного жёлтого поля, а на бёдрах заметен оранжевый оттенок. Молодые сначала похожи на самку. У молодых самцов яркий лицевой рисунок формируется постепенно, поэтому в осенней группе можно увидеть птиц с промежуточным нарядом.
Оба пола имеют длинный заострённый хвост. Перед посадкой попугай раскрывает его веером и поднимает тело, резко теряя скорость. По земле он ходит увереннее, чем можно ожидать от длиннохвостой птицы, поскольку значительную часть пищи собирает в траве и среди низких растений.
Прямой силуэт помогает отличить вид от более тяжёлых какаду, которые кормятся на тех же полях. Даже без яркого лица баррабандов попугай узнаётся по длинному хвосту и лёгкому быстрому взлёту.
Речная карта вместо границы штатов
Основной ареал лежит к западу от Большого Водораздельного хребта, прежде всего в Новом Южном Уэльсе и прилегающих районах Виктории и Австралийской столичной территории. Для попугая важнее не административные границы, а речные долины, участки коробчатых эвкалиптов и леса из речного красного эвкалипта.
Во время разлива пойма получает воду, травы и кустарники дают новый урожай, а старые деревья сохраняют дупла выше уровня временного затопления. В сухой период птицы расходятся по фермерскому ландшафту, посещают обочины, пастбища и остаточные рощи. Иногда они появляются в пригородах, если там растут подходящие кормовые деревья.
Такая гибкость работает только при сохранении связей между участками. Изолированная роща может выглядеть зелёной, но до неё трудно долететь через десятки километров открытых полей. Лесная полоса вдоль реки служит безопасным маршрутом и цепочкой остановок.
На земле семена, в кроне цветы
Рацион включает семена трав, сорных и культурных растений, зерно, цветки и почки деревьев, плоды кустарников, ягоды омелы и сладкие выделения насекомых, называемые лерпами. Попугай меняет высоту кормёжки несколько раз за день. Утром стая спускается на травяной участок, затем переходит в цветущую крону, а в жару отдыхает в тени.
На земле птицы распределяются свободно. Несколько особей постоянно следят за окружением, остальные быстро собирают семена. При тревоге вся группа поднимается к ближайшим деревьям. Длинный хвост хорошо заметен в момент взлёта, но через секунду зелёные птицы теряются на фоне листвы.
Обычно встречаются небольшие стаи, однако в богатом месте может собраться до сотни попугаев. Это временное объединение, а не одна постоянная семья. Пары сохраняются внутри группы, держатся рядом и отвечают друг другу голосом.
Старый эвкалипт задаёт темп размножения
Гнездовой сезон приходится главным образом на сентябрь–декабрь. Пара выбирает полость в стволе или крупной ветви эвкалипта. Самка откладывает обычно четыре–шесть яиц. Пока она насиживает, самец приносит корм, позже оба родителя работают на птенцов.
Внешне мощный ствол не всегда подходит. Полость должна быть глубокой, сухой и защищённой от перегрева. Подходящих мест меньше, чем деревьев на фотографии. На одно дупло могут претендовать какаду, другие попугаи, совы, утки-дуплогнездники, пчёлы и древесные млекопитающие.
Речной красный эвкалипт способен жить веками. Если старые деревья удаляют, молодой посадке потребуется очень долго, чтобы дать сопоставимые естественные полости. Сохранение отдельных ветеранов поэтому важно уже сейчас, даже если вокруг ведётся восстановление леса.
Дупло не пустует после одного сезона. Успешная пара может вернуться к знакомому району, а сама полость в разные годы служит разным животным. Упавшая ветвь меняет вход, пожар выжигает внутреннюю труху, пчёлы занимают камеру. Поэтому попугаям нужен не единственный «идеальный дом», а запас зрелых деревьев, между которыми можно выбрать подходящее место в конкретную весну.
Почему фермерское зерно не решает проблему
Попугаи пользуются посевами и просыпанным зерном, что иногда приводит к конфликту с хозяйствами. Но изобилие одной пищи не заменяет разнообразный рацион и места размножения. Более того, стая, регулярно спускающаяся в одно открытое место, становится уязвимой для преследования и хищников.
Вид сталкивается с расчисткой редколесий, деградацией речных коридоров и нехваткой гнездовых полостей. Даже небольшое удаление деревьев может разорвать привычный маршрут между ночёвкой и кормом. Восстановление должно соединять существующие участки, а не создавать отдельные зелёные островки.
Наблюдать баррабандовых попугаев проще ранним утром возле пойменного леса. Сначала слышен быстрый перекликающийся голос, затем над дорогой проходит вытянутая стая. Подходить к дуплу не стоит: родители могут долго ждать в стороне, прежде чем вернуться к птенцам.
Роскошный попугай красив не вопреки сельскому ландшафту, а как часть его более старого слоя. За полями остаётся речная система, за молодыми посадками стоят древние эвкалипты, и именно их непрерывность позволяет зелёной стае каждый сезон возвращаться к знакомой пойме.