Новая Зеландия долго развивалась отдельно от крупных материков. За миллионы лет океанская изоляция помогла местным видам занять необычные экологические роли, а некоторые группы, обычные на других континентах, здесь отсутствовали. Особенно заметны птицы: среди них появились нелетающие формы, крупные хищники и ночные наземные собиратели. Но природа страны – не только лесные птицы. В ней есть древние рептилии, редкие земноводные, морские млекопитающие и множество беспозвоночных.
Почему островная история так важна
До появления человека многие наземные экосистемы Новой Зеландии почти не знали млекопитающих-хищников. Летать было не единственным способом спасения, поэтому ряд птиц стал кормиться на земле, а некоторые утратили способность к полёту. Это не «ошибка эволюции», а результат длительной жизни в среде с иными опасностями. Когда вместе с людьми прибыли крысы, горностаи, кошки и другие хищники, яйца и птенцы оказались уязвимы.
Острова также различаются между собой. Северный и Южный острова имеют разные климатические зоны, а маленькие острова-убежища часто сохранили популяции, исчезнувшие на главных островах. Горный хребет, сухое плато и влажный лес могут находиться сравнительно близко, но предлагать животным разные температуру, пищу и укрытия. Поэтому один общий образ «новозеландского леса» слишком упрощает картину.
Киви – ночной житель лесной подстилки
Киви – небольшая нелетающая птица с сильными ногами и длинным клювом. Ноздри расположены у его кончика, что помогает находить добычу в почве и под опавшей листвой. Киви питается червями, личинками и другими беспозвоночными, а также некоторыми плодами. Он выходит кормиться в сумерках и ночью; днём обычно скрывается в норе, полости или густой растительности.
Яйцо киви необычно велико относительно размеров взрослой птицы. Инкубацией у ряда видов занимается самец, хотя детали поведения различаются. Такая жизненная стратегия не делает птицу беззащитной: взрослый киви может отбиваться сильными ногами, но яйца и молодые птицы подвергаются нападениям завезённых хищников. Программы охраны используют контроль хищников и временное выращивание птенцов в безопасных местах, а затем возвращают их в подходящую среду.
Кеа и другие птицы разных высот
Кеа – крупный горный попугай Южного острова. Он живёт от лесных долин до альпийских участков, исследует предметы клювом и запоминает, где можно добыть корм. Любознательность помогла виду использовать изменчивую среду, но рядом с дорогами она может привести к травмам или опасному контакту с людьми. Подкармливание вредно: оно меняет рацион и закрепляет привычку искать пищу у туристов.
В лесах встречаются какапо – тяжёлые ночные попугаи, которые не летают и размножаются нерегулярно. Они питаются растительной пищей и особенно зависят от безопасности на земле. Сейчас их существование поддерживается интенсивной охраной на островах и специально контролируемых территориях. Влажные леса населяет также новозеландский голубь, а в реках живёт голубая утка, приспособленная к быстрым потокам: она держится на воде и кормится водными беспозвоночными.
Туатара – не ящерица
Туатара внешне напоминает ящерицу, но представляет отдельную древнюю ветвь пресмыкающихся. Сегодня дикие популяции сохраняются главным образом на островах у берегов Новой Зеландии; для них важны гнёзда морских птиц, чьи норы туатара может использовать как укрытие. Рептилия растёт медленно, поздно достигает зрелости и может жить очень долго. При такой скорости смены поколений даже умеренное увеличение смертности создаёт серьёзную проблему.
Туатара активна преимущественно ночью и питается насекомыми, пауками и мелкими позвоночными. Более прохладные условия ей подходят лучше, чем многим другим рептилиям. Инкубация яиц занимает длительное время, а температура влияет на развитие эмбриона и соотношение полов. Это делает вид чувствительным к изменению микроклимата гнездовых участков. Охрана острова должна учитывать не только взрослых животных, но и рыхлую почву, растительный покров и колонии птиц.
Леса, реки и пещеры
Местные лягушки рода Leiopelma сохранили примитивные черты и не имеют типичной для многих лягушек стадии головастика, свободно плавающего в воде. Развитие происходит в яйце, а молодая лягушка выходит уже сформированной. Такие амфибии связаны с прохладными влажными местами и не переносят быстрого разрушения лесной подстилки. В пещерах встречается светящаяся личинка грибного комарика – знаменитая «светлячковая» стадия, привлекающая добычу сиянием в темноте.
У рек своя фауна: угри совершают дальние миграции между пресной водой и океаном, а местные галаксииды размножаются в ручьях или устьях в зависимости от вида. Плотины и водопропускные сооружения могут прерывать путь рыб, даже если вода выглядит чистой. Тонкие связи между горным истоком, низовьем и морем здесь особенно заметны.
Море вокруг островов
В прибрежных водах живут дельфины, морские котики и киты. Дельфин Гектора – небольшой вид, встречающийся у берегов страны, причём разные популяции разделены участками океана и не всегда могут обмениваться особями. Риски создают прилов в рыболовных сетях, подводный шум и изменение прибрежной среды. Морские птицы – альбатросы, буревестники и пингвины – связывают сушу и океан: на земле они гнездятся, а пищу добывают в море.
Природа Новой Зеландии показывает, насколько быстро меняется значение островной изоляции. В прошлом она давала видам время для необычной специализации; сейчас небольшая территория и отсутствие простых путей расселения усложняют восстановление. Защита местных животных поэтому включает острова-убежища, контроль завезённых хищников, восстановление связности леса и бережное отношение к побережью. Каждая из этих мер поддерживает не отдельную «редкость», а целую сеть видов.
Охрана требует работы на уровне островов
На острове-убежище проще контролировать завезённых млекопитающих, чем на крупном лесном массиве. Но отсутствие крыс или горностаев само по себе не возвращает прежнюю экосистему: необходимо восстановить растительность, обеспечить безопасные места гнездования и следить за небольшими популяциями. Для нелетающей птицы случайная вспышка хищника или болезнь способны затронуть значительную долю всех особей.
Программы охраны соединяют полевые наблюдения, разведение, перемещение животных и работу с местными общинами. Переселение подходит не каждому виду: сначала оценивают, есть ли на новом участке пища, укрытия и возможность избегать хищников. Для туатары или редкой лягушки важно, чтобы перенесённые особи успешно размножались, а не только пережили первые недели. Результат измеряют поколениями, появившимися в дикой среде.
Не следует кормить кеа, подходить к гнёздам или сходить с маршрута в уязвимой растительности. Это помогает не приучать птиц к человеческой еде, не повреждать норы и сохранять малые местообитания. Какапо, например, находится под интенсивной охраной именно потому, что его наземный образ жизни делает его особенно уязвимым перед завезёнными хищниками. Подробнее об этой птице можно прочитать в отдельном профиле какапо.
Не только крупные и узнаваемые виды
В лесной подстилке Новой Зеландии живут крупные нелетающие насекомые, включая гигантских вета. Днём они прячутся в трещинах, под корой и среди камней, а ночью выходят кормиться. Некоторые виды ограничены небольшими островами и имеют очень локальное распространение. Интродуцированные крысы и мыши поедают яйца и взрослых насекомых, поэтому контроль хищников помогает не только птицам.
Пресноводные улитки, насекомые и местные рыбы также отражают состояние реки. Если вода загрязняется или русло спрямляют, исчезают укрытия и меняется течение. Низовые участки водоёмов связаны с морем, поэтому миграционные виды нуждаются в проходе через устья и плотины. Защита известных эндемиков лучше работает, когда одновременно сохраняются небольшие виды, которые не привлекают туристов.